На следующий вечер странник объявил Эвмею о своем намерении отправиться на ночлег во дворец, но пастух, заботясь о госте, настоял на том, чтобы тот подождал возвращения сына Телемаха, который давно уже искал своего отца в дальних и ближних землях.
У Иакова было двенадцать сыновей. Двоих младших - Иосифа и Вениамина, родившихся от любимой жены Рахили, он любил более других. Иосиф был уже взрослым юношей, но отец продолжал его баловать. Старшие братья исполнились лютой злобой и завистью к Иосифу . Однажды старшие братья погнали скот на пастбище, а Иосиф остался дома с отцом. Через небольшое время отец попросил Иосиф пойти посмотреть, здоровы ли старшие братья и цел ли скот.
Дальнейшее плавание Одиссея проходило без приключений, пока на горизонте не показалась земля феаков – великих мореплавателей. Однако, видя приближение героя к дому, снова вмешался Посейдон, испытывавший к герою ненависть за циклопа Полифема. Увидев, что Одиссей скоро попадет в родную Итаку, повелитель морей пришел в ярость и поднял страшную бурю, сломавшую мачту плота.
Покинув остров, путешественники достигли берега, откуда доносились удивительные, завораживающие звуки, не похожие на пение человека. Это были демонические существа – сирены, имеющие головы и голоса женщин и тела птиц. Своими ласковыми песнями они заманивали моряков на опасные рифы, где большинство из них погибали, завороженные лживыми голосами.
При высадке на берег Лестригонии ни один корабль, кроме корабля Одиссея, не уцелел. Команде героя пришлось вступить в сражении с чудовищными людоедами, жившими в этой стране. В глубокой печали Одиссей и оставшиеся в живых товарищи направились к острову Эя. На третий день Одиссей заставил себя собраться с силами и обошел остров. Над одной из вершин острова он увидел дым, подумав, что это какое-то жилище.
При наступлении вечера Полифем вернулся, а Одиссей, уже имея план спасения себя и своих товарищей, предложил ему крепкого вина к ужину. Циклоп поглотил вино и, сильно опьянев, заснул мертвецким сном. Однако прежде чем уснуть, великан спросил имя у гостя, давшего ему такого хорошего вина. Одиссей же ответил, что имя ему — Никто. Полифем пообещал, что в качестве благодарности съест его в последнюю очередь.